header

Ереси, препятствующие культуре жизни

Брайан Мёрфи

Не исключено, что слово «ересь» у многих вызывает в воображении образы первого неправедного суда над Жанной д’Арк, которая позднее была посмертно оправдана на втором судебном процессе. А кто-то представит себе коррумпированные, жестокие и лживые постановления Инквизиции. Иной может подумать, что ересь устарела или анахронична. Тем не менее через всю историю Церкви ересь была действительно важной проблемой как для святых подвижников, так и для церковных властей. Почему? Да потому, что ересь чрезвычайно пагубна. Можно сказать, что если самоубийство убивает тело, то вероотступничество – это добровольное умерщвление души. Подобным же образом, но в гораздо большем масштабе война уничтожает массы людей, а ересь в массовом порядке убивает души. Это упрощённое сравнение показывает, что ересь, равно как и война, – это духовное зло, с которым нужно активно бороться. Церковь всегда рассматривала ересь в качестве опасного и всепроникающего врага, способного разрушить души во всей церковной общине. В современном мире нам следует возродить этот термин. Я различаю три основных типа ереси, которые поразили и расцвели пышным цветом внутри католической Церкви.

1. Первая ересь – это «Примат совести». Данная ересь говорит, что каждый индивидуум имеет право, если даже не абсолютную обязанность, полностью аннулировать либо частично изменить моральный закон так, как подсказывает ему совесть, и далее применять этот изменённый постулат не только к собственной жизни, но и в публичном пространстве. Однако истина состоит в том, что Господь запрещает человеку аннулировать или менять моральный закон.

Господь любит нас и хочет, чтобы мы имели всестороннюю свободу. И всё же Он распорядился, чтобы человек не вкушал «от дерева познания добра и зла» (Быт., 2: 17). Человек не должен устанавливать моральный закон. История многократно доказывала, что если он пытался это делать, то только во вред делу. Таким образом, свобода человека по плану Божию и во имя жизни имеет определённые ограничения. Эти ограничения служат для нас только к лучшему, способствуя нашему выживанию и обеспечивая наше процветание. Господу отлично известно, что всеобщий враг, Сатана, постоянно пытается обмануть нас, чтобы разрушить нашу жизнь. Чтобы этого не случилось, Господь наставляет нас с тем, чтобы позволить Ему использовать Свою беспредельную мудрость и установить моральный закон. Например, Он написал «Десять заповедей». Он не внушил Моисею, чтобы тот их придумал. Он не приказал Моисею собрать совет старейшин и пророков, чтобы те создали эти заповеди. Господь написал их собственноручно на скрижалях, причём дважды, так как первоначальные плиты были разрушены. А потом Он сказал людям: “выбирайте”. И мы имеем свободную волю выбирать между добром и злом. Однако если мы переступим установленные границы и решим изменить моральные нормы, то немедленно придём к сотрудничеству со злом, что приведёт нас далее к ещё большему злу и в конечном итоге к умерщвлению. Для более детального обсуждения о роли совести смотрите раздел «Роль совести».

2. Вторая ересь – это ересь контрацепции. Она утверждает, что контрацепция хороша и даже необходима, ведя к большей личной свободе и финансовой стабильности в жизни. Однако истина состоит прямо в противоположном. Ересь контрацепции подпитывает свою жизнеспособность из предыдущей ереси – Примата совести. Даже несмотря на то, что сам Господь говорит, что контрацепция – это зло, в нашей культуре человек использует ересь Примата совести, чтобы преодолеть ограничения для его свободы и провозгласить контрацепцию добром. Вот так недисциплинированные люди становятся одураченными, приходя к заключению, что контрацепция – это хорошо. Данная порочная аргументация основана на поверхностном осознании различных критериев, а именно:

Тем не менее, истинный христианин познаёт и выбирает выдающуюся свободу в целомудрии. Он пользуется даром непорочности для поддержания стабильного брака. Он знает, что бремя жизни не ослабевает с меньшим количеством детей. Он понимает, что щедрое инвестирование в своих потомков – это наилучшее из того, что он может сделать, – не для собственного вознаграждения, а для радости в Царстве грядущего сообщества. Он также счастлив, лично наблюдая за всё более открывающимися перед ним горизонтами. Он полностью отдаёт себе отчёт в том, что перенаселение – это миф и что его потомки сделают мир лучшим для жизни.

3. Третья ересь – это ересь о «Праве убивать». Она подпитывается первой и второй ересями, упомянутыми выше, и говорит о том, что каждый имеет право убить ещё не рождённых детей, а также немощных, равно как и тех, кого считают бесполезными для общества или слишком дорогими для содержания. Просто непостижимо, что такая ересь вообще существует, принимая во внимание её очевидное и отвратительное влияние на человечество, сопровождающееся миллионами убийств.

Перечисленные три ереси влияют одна другую и составляют весёленькую компанию. Как и все ереси, они приходят к нам из реальной жизни, и требуются невероятные усилия и энергия для того, чтобы искоренить их из Церкви. Так давайте начнём наши усилия с того, что назовём их своим именем – ересью, – и покажем тот вред, который они причиняют. Далее, давайте разоблачать их как таковые при каждой возможности. Несомненно, это приведёт к необходимости и потребует братской коррекции еретиков. Еретик, согласно официальному определению, – это крещёный католик, который публично и настойчиво отвергает истины, которые признаются божественными в католическом вероисповедании, либо тот, кто с упорством, достойным лучшего применения, выражает сомнения относительно этих истин. При этом я хотел бы высказать идею о двух типах еретиков – публичных и скрытых. Открытые еретики соответствуют вышеприведённому формальному определению, и с ними можно бороться традиционными методами канонического права. Скрытые еретики явным образом более многочисленны, заблудшие и трудны во взаимодействии с ними. Они не провозглашают свою ересь публично, чтобы не быть прозванными еретиками. Тем не менее, они продвигают свою ересь втихую, молчаливо одобряя любой подходящий инцидент. Церковь испытывает серьёзные трудности, имея дело со скрытыми еретиками. И всё же наиболее эффективный путь борьбы с ересью – это зреть в корень, а именно: обращаться к еретикам напрямую. Их нужно либо призывать к покаянию, либо увольнять с преподавательских должностей и отстранять от пастырского служения.

Дополнительные аргументы

«Ересь – это практикуемое после крещения упорное отрицание истин, которые признаются божественными в католическом вероисповедании, или выражаемое аналогичным образом упорное сомнение в отношении тех же священных истин.» (Catechism of the Catholic Church, CCC, 2089). По существу, ересь – это отрицание Символа веры. Поэтому для того, чтобы понимать ересь, нам необходимо сначала объяснить понятие догмы, или Символа веры.

Догма

Догма, или Символ веры – это истина, признаваемая священной в католическом вероисповедании, а описание Символов святой веры содержится, напрямую и преимущественно, как прямо, так и косвенно, в Священном Писании и в Священных Преданиях. Католическая вера – это учение, которое формально, прямо и главным образом предложено Магистериумом в качестве исчерпывающего и безусловного для всех верующих. Другими словами, церковные догмы напрямую подкреплены Священным Откровением и истолковательными полномочиями Магистериума (см.: ССС, 88–95; и Codex of Canonic Law, CCL, или Кодекс Канонического Права, 747–755). Догмы являются важными элементами нашего религиозного вероучения. Они безошибочны и могут быть как элементами веры, так и элементами морального права. Приводимый ниже перечень догм неполон, но он включает несколько типичных примеров:

Вера

Mораль

Напротив, есть и такие верования, которые, будучи важными, всё же не являются догмами, как-то:

Таким образом, открытый протест против легальной иммиграции из-за фанатичного страха перед иностранцами является грехом, но не ересью. Ересь же «Примата совести» противоречит очень важной догме, а именно: никто – ни мужчина, ни женщина, ни сам Магистериум – не имеют права аннулировать или изменить моральный закон. Эта догма сформулирована и откомментирована в нескольких источниках. Например, естественное право «неизменно и вечно» (ССС, 1956). Десять Заповедей «фундаментально незыблемы и обязательны к исполнению всегда и везде» (ССС, 2072). Даже если считать, что Десять Заповедей являются олицетворением будущего и должны осуществляться через новый завет Духа Святаго, они не могут быть изменены. Следующие слова Христа обобщают миссию Церкви и роль человека: «Итак идите, научите все народы..., уча их соблюдать всё, что Я повелел вам, и се, Я с вами во все дни до скончания века.» (Мф., 28: 19–20). Итак, миссия Церкви – учить так, как указывал Христос. Если бы она делала это не так, то предала бы Его. Церковь не может изменить распоряжения Христа. Это не может сделать и отдельный индивидуум, если он хочет оставаться благочестивым и преданным по отношению к Христу. Церковные доктрины могут развиваться и эволюционировать, но они не могут разрабатываться и видоизменяться по своей фундаментальной сути. Культура может меняться, демонстрируя новые способы для выражения истины, но сама истина неизменна.

Именно поэтому «Церковь утверждает, что при наличии многих перемен существуют и вещи стабильные, которые не меняются и в конечном счёте имеют своей основой Христа, который был самим собой вчера, остаётся им сегодня и будет таковым вечно.» (Veritatis Splendor, или «Великолепие Истины», 53).

Церковь может формулировать применимость моральных принципов к новым обстоятельствам, но ей запрещено разрабатывать новые либо аннулировать или изменять существующие. Церковь не может и не будет модифицировать свои моральные принципы.

Ересь о Примате Совести

Для того, чтобы какое-то учение или верование превратилось в ересь, т.е. стало еретическим, оно просто-напросто должно напрямую противоречить догме. «Примат совести» является ересью, потому что он буквально и напрямую противопоставляет себя догме, в соответствии с которой человеку не позволено аннулировать, формулировать или изменять моральный закон. Сам термин «Примат совести» не означает, что совесть не подлежит какой-либо оценке или суждению; это как раз вполне допустимо. Однако это не означает и подчинение голосу совести, равно как и не обусловливает принятие решения под воздействием внутреннего позыва, что необходимо для процветающей жизни христианина. Этот термин также не является характеристикой особого значения совести. Конечно, Церковь поддерживает важность данного понятия, увещевает человека следовать голосу совести и даже провозглашает, что внешние факторы не должны мешать нам прислушиваться к нему (ССС, статья 6, часть III, Жизнь во Христе). Однако ересь «Примата совести» идёт гораздо дальше. Чтобы понять последствия этой ереси в полной мере, необходимо обратить внимание на слово «примат» в нашей культуре и в наше время. Согласно словарю Вебстера, это слово означает «быть первым среди других» по порядку, рангу или значимости. Оно коннотируется со значением «главный». Поэтому «Примат совести» восходит гораздо дальше, нежели просто высвобождение совести действовать в соответствии с чувством собственного достоинства. «Примат совести» – это ересь, потому что она претендует на то, чтобы совесть была первой по рангу или значению. Этот тип ереси претендует быть впереди Слова Божия, Магистериума, издавна существующего Учения Церкви, а также других свидетельств и советов. Согласно этой доктрине, совесть считается выше морального закона, с последующим неизбежным намерением аннулировать или изменить таковой. Всё это и делает «Примат совести» еретическим.

В своей энциклике Veritatis Splendor («Великолепие Истины») Папа Иоанн Павел Второй пишет следующее относительно возвышения совести в ранг исключительности: «Некоторые течения современной мысли дошли до того, что стали превозносить свободу как некий абсолют, который стал источником всех остальных человеческих ценностей. Направление, взятое этими теориями, переходит всякие разумные границы и представляется явно атеистическим. Совести индивидуума придаётся статус высшего арбитра по вопросам морали, выносящего категорические и непогрешимые решения о добре и зле. К утверждению о том, что некто обязан следовать голосу совести кого-то другого, добавляется – совершенно безосновательно – ещё одно, а именно: моральное суждение индивидуума якобы является истиной только благодаря тому факту, что оно имеет своим происхождением самоё совесть. Однако подобная интерпретация нивелирует неизбежные характеристики истины, уступая место и приходя взамен критериям «честности», «достоверности» и «согласия с самим собой», – до такой степени, что некоторые действительно начинают признавать радикально субъективистскую концепцию морального суждения (Veritatis Splendor, или «Великолепие Истины», 32).

В Книге Бытия читаем: «И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь.» (Быт., 2: 16–17).

Основываясь на вышесказанном, Откровение (Апокалипсис) учит, что принятие решений о добре и зле не принадлежит человеку, а только и исключительно Богу. Конечно, человек – свободная личность, но постольку поскольку он понимает и принимает распоряжения Господа нашего Иисуса Христа. Человеку присуща в высшей степени далеко простирающаяся свобода, т.к. он может вкушать «от всякого дерева в саду». Однако его свобода не безгранична: она ограничивается «деревом познания добра и зла», а это и называется признанием морального закона, данного Господом. «В сущности, свобода человека находит своё достоверное и полное воплощение в абсолютном признании этого закона. Господь Бог, который сам по себе и есть добро, прекрасно знает, что хорошо для человека, и который по причине этой самой любви преподносит это добро человеку в своих Заповедях.» (Veritatis Splendor, 35).

«Закон Божий не уменьшает и не ограничивает свободу человека; он скорее защищает и поощряет эту свободу. Однако некоторые противоположные культурные тенденции сегодняшнего дня дали толчок нескольким направлениям этической мысли, которые концентрируют своё внимание на мнимом конфликте между свободой и законом. Эти доктрины предоставляют индивидуумам или социальным группам право определять, что такое добро и зло. Таким образом, свобода человека может «создавать ценности» и привести к главенству над истиной, – вплоть до точки зрения, согласно которой сама истина считается порождением свободы. А отсюда в свободу закладывается основа для моральной независимости, что становится равносильным её, свободы, абсолютному суверенитету.» (Veritatis Splendor, 35).

Папа Иоанн Павел Второй не объявил «Примат совести» ересью, но он заложил недвусмысленные основания для других теологов проделать эту работу. Необходимость сделать такое заявление обусловлена событиями нашей культуры и нашего времени. «Примат совести» используется для того, чтобы по большому счёту уничтожить моральное право. Эта же ересь подпитывает и две другие – контрацепцию и «право убивать». Все они разрушают человечество с беспрецедентным в нашей истории размахом.

Примеры «Примата совести» как ереси

28 февраля 2006 года большинство демократов-католиков в Палате Представителей Конгресса США, руководимые членом Конгресса Розой Л. ДеЛауро (Коннектикут), выпустили заявление, которое касалось принципов веры, оказывавших на них влияние как на законодателей. Оно было подписано 55 демократами – членами Палаты Представителей. В течение десятилетий демократы беспрестанно занимали позицию в пользу абортов, равно как и активно боролись за финансирование процедуры абортов. Католики-демократы в Конгрессе не демонстрировали публично заявленной готовности противостоять или хотя бы изменить эту политическую платформу или курс. В заявлении о своих принципах 55 католиков-демократов высказали следующее:

«По всем этим вопросам мы просим у Церкви руководства и помощи, но в то же время верим в Примат совести. Признавая роль Церкви в обеспечении духовного лидерства, мы допускаем и принимаем к сведению ту напряжённость, которая проистекает из наших разногласий с Церковью в некоторых областях.»

Итак, «Примат совести» помещён здесь выше, чем церковное руководство, помощь и «духовное лидерство». Авторы заявляют, что это вызывает «напряжённость», вежливый эвфемизм для обозначения отвратительных последствий их настойчивого сопротивления и открытого неповиновения моральному вероучению Церкви. Это вызывающее поведение проявляется в их постоянной поддержке голосования в пользу абортов и в эффективной блокаде подавляющего большинства предложений в пользу жизни, представленных в Конгресс за последние 35 лет. В сущности, они использовали и продолжают использовать «Примат совести» для того, чтобы изменить нравственный закон.

В печально известном «Виннипегском заявлении», опубликованном канадскими епископами в 1968 году в ответ на выпуск энциклики Humanae Vitae, авторы заявили следующее в параграфе 26:

«...если эти личности искренне хотя и безуспешно старались следовать линии поведения в соответствии с церковными директивами, то они вполне убедились, что кто бы ни выбрал чистосердечно тот курс, который представляется ему верным, поступил бы по чистой совести.»

Согласно этому заявлению, канадским католикам было объявлено, что они могут следовать голосу чистой совести, даже если бы они осознали, что это противоречит нравственному закону о контрацепции, обнародованному в Humanae Vitae. «Примат совести» был одобрен канадскими епископами, что привело канадских католиков к фактическому провозглашению энциклики Humanae Vitae недействительной, а также изменило нравственный закон в том смысле, в каком он соотносился с их личной жизнью. «Примат совести» использовался также для того, чтобы изменить моральное право в канадских католических больницах, которые сейчас продают контрацептивы и выполняют процедуру перевязки маточных труб на повседневной основе.

Есть множество свидетельств о мужчинах и женщинах, чей духовник рекомендовал им следовать голосу своей совести, когда приходится сталкиваться с вопросами контрацепции. Таким образом, этот плохой совет использует «Примат совести» для аннулирования морального закона. Очень многие католики не обращают внимания на вероучение Церкви и прибегают к «Примату совести», чтобы примирить собственное сознание с моральным законом, а на самом деле – чтобы отменить или изменить его.

Ересь контрацепции

Ересь контрацепции буквально и напрямую противоречит догме, которая состоит в том, что “каждый брачный союз самым очевидным образом считается сам по себе созданным для продолжения человеческой жизни (ССС, 2366). Прямая стерилизация и контрацепция есть зло (ССС, 2370). Эта догма непогрешима. Многие католики путаются в этом вопросе, полагая, что указанная доктрина не является безошибочной, поскольку она никогда не была провозглашена ex cathedra, то есть с амвона. Латинское выражение «ex cathedra» означает «место (сидение) св. Петра» и определяет метод, в соответствии с которым сам Папа лично объявляет о доктрине, которую считает непогрешимой. Именно таким образом Папа Пий IX объявил доктрину о непорочном зачатии. Однако большинство догм не было провозглашено ex cathedra, хотя все они считаются непогрешимыми, т.к. были многократно объявлены таковыми Магистериумом. Этот метод доведения безошибочной истины до сведения верующих считается наиболее общепринятым. Хорошим примером являются Десять Заповедей.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы обнаружить в контрацепции ересь. При этом она практикуется большинством крещёных католиков по всем Соединённым Штатам, Канаде, Европе и во многих других странах.

Ересь о «Праве убивать»

Ересь о «Праве убивать» буквально и напрямую противоречит церковной догме, входящей в Десять Заповедей: «Не убий...». Эта ересь наиболее наспространена среди тех, кто поддерживает, поощряет и осуществляет аборты. Указанная догма истолковывалась Церковью многократно и во многих аспектах. «Начиная с I века н.э., Церковь подтверждала моральное зло каждого выполненного аборта. С тех пор это учение не изменилось и остаётся незыблемым. Непосредственный аборт, или аборт желаемый, как конечный результат, равно так и средство его выполнения, серьёзно противоречат моральному праву.» (ССС, 2271). Ересь о «Праве убивать» использует другую ересь – «Примат совести» – для того, чтобы изменить моральный закон. Далее эта ересь со всей энергией продолжает своё наступление в публичном пространстве в пользу «права» на аборты и эвтаназию. Она же упорно сопротивляется любым попыткам ограничить широкомасштабные убийства человека путём абортов и эвтаназии.

Заключение

Итак, три ереси находят себе место в нашей культуре и в наше время. Это «Примат совести», контрацепция и «Право убивать». Все три ясно и прямо противоречат признанным догмам католической Церкви. И все три препятствуют дальнейшему развитию культуры жизни. Они способствуют культуре смерти. Таких примеров множество как в речах, так и в делах в публичном пространстве по всему миру. При этом все три ереси активно пропагандируются крещёными католиками весьма открыто и в высшей степени упрямой манере. В конце хочется процитировать «Католическую энциклопедию»: «Ересь, будучи смертельным ядом, генерируемым внутри организма самой Церкви, должна быть исторгнута, если Церковь хочет выжить и продолжать свою работу по спасению человечества, как то заповедовал Христос.»

Благодарность

Выражаю признательность отцу Мэттью Хабигеру, PhD, OSB (Order of Saint Benedict, или Орден святого Бенедикта), чья докторская диссертация посвящена нравственной теологии; а также аббату Чарльзу Райту, OSB, за предложения, которые были включены в эту статью.

Кото де Каза, Калифорния, США

Наверх